четверг, 19 июня 2014 г.

Саммит родственных душ

Художники из немецкого Вердера (земля Бранденбург), участники «Сибирского проекта эскизов» считают, что поездка в город Бородино, где они провели 4 дня, была весьма продуктивной. Главным ее итогом они назвали установление творческих связей со своими коллегами-сибиряками.
В конце мая в Бородине побывали художники из Германии. Казалось бы, обычное по нашим временам явление. Нынче в провинции иностранные гости не редкость. В том же Бородине кто только не гостевал — всех и не упомнишь. Даже 9-й президент Всемирного банка Джеймс Дэвид Вулфенсон личной персоной. И всё же визит художников из Вердера был, как теперь модно говорить, знаковым. Во-первых, они славно потрудились, увезя на родину множество эскизов. Во-вторых, устроили здесь выставку, передав часть своих работ в городской музей. В-третьих, подружились с бородинцами. Не исключено, что в скором времени художники двух стран и городов выступят в совместном проекте.

Источники вдохновения

«Сибирский проект эскизов» был представлен восемью художниками, шестеро из которых - женщины. Сей факт стал поводом для ядовитой шутки одного моего приятеля: «Бригада малярш» (maler по-немецки одновременно и «художник», и «маляр»). Может, это немного и обидно, но бог с ним. Малярши так малярши, но, скажу прямо, высокой квалификации. Художественной, разумеется. На выставке в бородинском Доме ремесел, завершавшей их рабочую поездку в Сибирь, это стало очевидным. Вот и местный живописец Виктор Долгов оценил картины немцев, включая и мужчин, как первоклассные. И известный красноярский художник, заместитель председателя краевой организации Союза художников России Сергей Форостовский, сопровождавший гостей, дал высокую оценку их творчеству.

О немцах принято говорить как о народе работящем. И действительно, наши гости оказались неутомимыми тружениками. Работали, что называется, рук не покладая, от зари до зари, исходив город вдоль и поперёк. Больше всего их интересовали те его части, где нет многоквартирных домов, и где почти полностью отсутствует новая застройка. Это, в основном, деревенские «избяные» улочки на севере Бородина. Привлек их внимание и центр города, застроенный зданиями в стиле «сталинский неоклассицизм». В общем, каждый нашел для себя подходящую натуру. Зачастую объектами этюдов становились строения, кажущиеся бородинцам либо недостойными внимания, либо недостойными изображения. Так, Франку Веберу, руководителю проекта, именитому художнику и галерейщику, пришёлся по душе обшарпанный барак, последний, кажется из этих монстров советского прошлого. Его вот-вот должны снести. Однако художник нашёл это здание весьма даже живописными, милосердно сохранив ему жизнь… на листе бумаги.


Но вот что понравилось всем участникам «Сибирского проекта», всем до единого, так это ландшафт Бородина и окрестностей. Многочисленные холмы и всхолмья, обширные лесопарковые зоны и перелески. А из рукотворных объектов – два пруда по окраинам города, которые они сравнили с драгоценным жемчужинами.

По мнению художников, привлекательность города обусловлена изначально правильным градостроительным решением и точной архитектурной привязкой, учитывающим сложный рельеф местности. Действительно, в Бородине нет ни одной улицы с горизонтальным продольным профилем. Одни только «русские горки», спуски и подъемы.

Чистота и явный, ощутимый порядок в городском хозяйстве произвели на немцев должное впечатление. Не меньше порадовала европейских гостей компактность и уютность Бородина, шаговая доступность буквально всех объектов гражданского назначения, включая и объекты культуры.

По словам Франка Вебера, готовясь к путешествию, художники, каждый из которых, к слову сказать, владеет и кистью, и пером, и много чем другим, решили не брать с собой ни мольбертов, ни этюдников. Обошлись планшетами, блокнотами и фотокамерами. Это, как они посчитали, должно было обеспечить им максимальную мобильность и возможность зафиксировать как можно больше из увиденного и услышанного.

И не ошиблись, судя по всему. Благодаря легкой «экипировке» и свойственной немцам дотошности, склонности к детализации и систематизации (думаю, они не станут этого отрицать), им удалось заготовить впрок, собрать немыслимые в других обстоятельствах объёмы информации. Прежде всего, конечно, художественной.

Побудительные мотивы

Чем же немцев привлекла Сибирь, что они здесь, как у нас говорят, забыли, чего не видели? Ответ простой. Ничего не видели. Они вообще, за исключением Ангелики Нислер, ни разу не были в России. Тогда поставим вопрос иначе: что ими двигало, что прельстило, чего ради они пустились в путешествие длиной в 5 тысяч километров? Сибирь ведь это не Каймановы острова, не Карибы. Не мудрствуя лукаво, скажу так: интерес к России и русским.

Между прочим, за неделю до их отъезда, погода на родине художников, в земле Бранденбург, район Потсдам - Миттельмарк была точно такой же, как и у нас в далёкой, суровой, студёной Сибири. Переводчица и свободный художник Ирина Федорова, 8 лет назад переехавшая на жительство в ФРГ, пояснила, что климат Вердера и Берлина (их разделяют 35 км), схож с красноярским. Правда, лето не такое жаркое, и зима помягче. Бывшая красноярка Ирина это знает наверняка.

Замечу попутно, что «бывшей» она себя не считает, приводя в качестве довода присловье про бывших разведчиков, которые бывшими не бывают по определению. Нельзя, или, во всяком случае, трудно стать бывшим москвичом, и, тем более, бывшим русским, если родина у тебя в сердце. По словам Иры, так в Германии рассуждают многие «русские немцы» и просто русские.

О своём понимании цели вояжа художников Ирина сообщила мне в письме, по приезде домой: «Идея нашего проекта состоит в том, чтобы узнать друг друга такими, какие мы есть, русские и немцы. Попытаться понять друг друга, учитывая, конечно, различия в ментальности, быте, обычаях. Это поможет нам наладить между собой контакты. Сблизиться. Не с абстрактными русскими и Россией вообще, а с конкретными людьми. Не с властью предержащей, а с простыми сибиряками, даже не обязательно причастными к искусству. И ведь у нас уже кое-что получилось. Это можно назвать встречным движением. В Бородине появились симпатизирующие нам люди. Два Виктора, к примеру, художник Долгов, и музыкант Авдеев, сотрудницы музея истории города, ребята из Дома ремёсел, посетители вернисажа, проявившие к нашей деятельности живой и добрый интерес, включая и представителей муниципалитета. Для меня и моих друзей из Вердера все они теперь родные люди».
Об этом же днями раньше говорил на прощальном ужине и Франк Вебер:

- То сердечное тепло, с которым нас принимали в Сибири, согревало и наши сердца, дав возможность много работать. Мы уезжаем домой с запасом впечатлений, образов, эмоций, которых, наверное, хватит на всю жизнь. Кроме того, мы увозим с собой множество эскизов, набросков, путевых записей, - это прекрасный материал для будущих произведений искусства.

Кто послал немцев с Сибирь? Никто. Сами так решили на ежемесячном собрании своего сообщества. Не исключено, правда, что с подачи Ирины Федоровой, о чем она из скромности умолчала. Но это и не важно. Не важно, наверное, и то, что этот проект они финансировали из собственных средств, без сторонней, тем более государственной помощи.

Поездка, разумеется, была согласована на высоком уровне. Никто инициативным европейцам ни в чем не препятствовал. Наоборот, только способствовали. Министерство культуры Красноярского края приняло художников, что называется, с распростертыми объятиями. И, как выразилась Ирина, подарило им поездку в Бородино, благо, что в этом году горняцкий город «назначен» культурной столицей края. Но два дня по приезде из Германии художники отработали в Красноярске.

Ирина, никогда, надо сказать, не прекращавшая связей с родиной, будучи одним из кураторов художественной программы «Енисейская мозаика», занималась организацией выставки детского рисунка в школе № 6 (Ленинский район), где, как она выразилась, одну стенку выделили под немецкую экспозицию. В сентябре художница проведёт в Потсдаме выставку двух немецких художественных школ, и в ней будут участвовать призёры «Мозаики». Такой вот она культуртрегер (носитель культуры), равно, впрочем, как и её коллеги, - говорю это без всякой иронии.

Из Сибири с песнями и... пляской


Программа пребывания художников в Сибири была весьма обширна. Муниципалитет Бородина обеспечил их жильем, организовал экскурсии и несколько встреч с творческой интеллигенцией. Выставку в Доме ремесел посетил мэр города Анатолий Борчуков. Все встречи проходили в неформальной обстановке. Две из них заканчивались застольем.

Во Дворце культуры «Угольщик» гостей сначала попотчевали концертом русской народной музыки, затем усадили за пиршественный стол.

Выступление ансамбля «Красна Русь», которой руководит Виктор Авдеев, длилось около часа. Артисты построили свою программу так, чтобы публика как можно подробнее познакомилась с обширным музыкальным инструментарием русского народа. Немцы были просто поражены, узнав, что наши традиционные инструменты это не только балалайка и гармонь (последняя, кстати, родом из Германии). Что это ещё несколько разновидностей рожков, гуслей, жалеек, колесная лира и смычковый гудок, огромное число шумовых инструментов.

Начали артисты с протяжных, берущих за душу мелодий. Стародавних, или, как еще принято говорить, корневых. А закончили, как у нас и водится, произведениями более современными, жизнерадостными, разгульными. И те, и другие было встречено с непередаваемым восторгом. Старинную музыку гости слушали затаив дыхание, воспринимая сложную звуковую драматургию русской песни так, словно они самые настоящие русские. То есть правильно реагировали. Столь же безошибочно они реагировали и на «веселухи», едва не пустившись в пляс. Впрочем, спустя два часа во время ужина, немецкая «бригада» вместе с русской вовсю уже отплясывала «Барыню» и «Русскую полечку».

Удивили нас и немцы, точнее сразили наповал. Они спели «Подмосковные вечера» без единой ошибки, от начала до конца. Мы же едва «доковыляли» до последнего куплета.

- Специально, наверное, к приезду разучили? – спрашиваю у них.

- Нет, - отвечают, - мы это с детства знаем и любим.

Доктор искусств, доцент берлинской Games Academy Вольфганг Нислер поведал, что когда по радио звучит русская музыка, классическая или эстрадная, его трудно оторвать от приемника. Вольфгангу 74 года. Детство его прошло в Хемнице. Город после войны находился в советской оккупационной зоне, и он до сих пор с благодарностью вспоминает русских солдат. Вместе с другими детьми Вольфганг ходил к русским. Голод в послевоенной Германии был жестокий. И солдаты их подкармливали, делясь скудными пайками, играли с ними, дарили какие-то безделушки.

По словам пожилого художника, русская национальная культура сыграла в его жизни огромную роль. То же самое говорили и его коллеги, рассуждая о межнациональном взаимодействии. Вспоминали в частности имена художников, литераторов и ученых, чей вклад в жизнь обеих стран был по-настоящему позитивным. Немцев, служивших России, и русских, обретших свой дом в Германии. Художников Василия Перова, Николая Рериха и Василия Кандинского, археолога Генриха Шлимана и биолога Тимофеева-Ресовского. Композитора Альфреда Шнитке и писателя Владимира Набокова.

Разумеется, мои земляки поддержали своих гостей, заметив, что продолжающемуся диалогу культур не должно быть никаких препятствий, так же как и другим формам взаимоотношений. Но он непременно должен расширяться, охватывая большее число людей. Приезд граждан Германии в Бородино – это пример народной дипломатии, способствующей сближению народов в не меньшей, если не в большей степени, чем дипломатия официальная, политическая и экономическая.

Мечтать не вредно

По большому счету Вердер, как и Бородино, город провинциальный. Численность населения в нём всего 23 тысячи человек. В Бородино и того меньше – 17 тысяч. Есть, конечно, между ними и существенные различия. История Вердера началась в раннем Средневековье, в 1300 годах. Бородино же нет ещё и ста лет.

Впрочем, как говорил Сергей Довлатов, нет географической провинции, есть провинция духовная. В таком случае, число шансов на сближение у наших городов довольно велико. Вердер – город с многовековой культурой, а Бородино в последние годы переживает духовный подъём. Разница в возрасте нам только на пользу. Молодым всегда есть чему поучиться у старших, а старикам в радость помочь молодым. Так почему бы Вердеру не стать побратимом Бородина?

Господа художники, придумайте, как это устроить. Чем не повод для самых смелых творческих дерзновений?