суббота, 8 сентября 2012 г.

Познать славу русского оружия


Руководитель красноярского велоклуба «Грязные носороги» Владимир Черников за несколько последних лет совершил три многодневных пробега на горном велосипеде, повторив путь Ермака («покорение Сибири»), переход Суворова через Альпы и ледовый поход генерала Владимира Каппеля. В день начала Бородинской битвы, 7 сентября, в честь этого знакового в русской истории события, Черников намеревается совершить велопробег от города Бородино до поселка Тарутино Ачинского района.

Фото Сергея Сидорчука
С подполковником КГБ (ФСБ) в отставке Владимиром Черниковым судьба нас сводила трижды. Познакомились мы у Стелы Победы в г. Бородино 18 августа этого года за десять минут до старта юбилейного пробега в честь 200-летия Бородинской битвы и 185-летия села Бородино. Вторая встреча состоялась во время привала через двадцать минут после знакомства. А третья, самая продолжительная, уже в селе Бородино, часом позже. Длилась она «долгие» пять минут, после чего судьба нас развела так же легко, как и свела. Владимир с двумя своими спутниками оправился из Бородино в Рыбное, по пути запланировав посетить еще и восточную смотровую площадку угольного разреза «Бородинский». Думается, что наши встречи продолжатся, во всяком случае 7 сентября я его буду поджидать непременно.
Владимир Васильевич занялся маунтинбайком (горная и бездорожная разновидность велоспорта) в 1998 году, отслужив в органах безопасности 20 лет, и поменяв за годы службы несколько адресов, Минусинск, Норильск, Красноярск. В этом же году он был назначен заместителем председателя Краевой федерации велоспорта, отвечал за новое направление - маунтинбайк. По его словам, это был замечательный период в развитии велоспорта. Красноярск тогда по продажам велосипедов уступал только Москве и Питеру. Кстати сказать, у Черникова педагогическое образование, и оно замечательно помогало ему на новом месте работы. В настоящее время он руководит охранной фирмой. В свои 62 года, кроме сентябрьского велопробега, а это самый близкий из его планов, он собирается совершить еще несколько крупных пробегов.

Спрашиваю его, не тяжело ли в его возрасте пускаться в такие тяжелые и рискованные путешествия. В этом году, отвечает он, немного тяжеловато... из-за укуса клеща на три месяца вышел из формы. Но в любом случае время мемуаров для него еще не настало. «Так что эти эполеты, - смеется он, теребя бахрому на эполете, - еще не скоро займут место рядом с подполковничьими погонами».
О своих походах, зачастую сопряженных со смертельной опасностью он рассказывает охотно и подробно. В его понимании, просветительство — это важнейшая составляющая в жизни путешественника. И, насколько я знаю, в этом непростом деле он весьма преуспел. Даже если судить только по нашему короткому разговору, Владимир Васильевич человек прекрасно образованный, смекалистый, мыслящий масштабно. Это подтверждается, в частности, и тем, что он состоит в Русском географическом обществе, быть принятым в которое удостаиваются далеко не все ученые-географы.
Треуголка у него солдатская, в такие была вся русская армия одета, а вот у фельдмаршала Суворова был другой головной убор — двуугольный. Владимир Васильевич рассказал интересную историю, связанную с треуголкой. В позапрошлом году он прошел суворовским маршрутом по Италии, Швейцарии, Лихтенштейну и т.д., пройдя расстояние в 1500 км. И везде у него спрашивали фамилию, которая «туземцам» ни о чем не говорила. И тогда он стал именовать себя Суворовым. Отношение к нему после этого резко улучшилось. В Карловых Варах впервые за двухнедельный переход его накормили. Правда, это были русские люди. За то сосиски вкуснейшие - немецкие.
Куда более тяжелым испытанием для Черникова стал маршрут Ермака. Выехал он в компании еще трех велосипедистов. Из Орел-городка они переместились в Пермь (Чусовской городок), доехали до Тобольска, а потом еще 90 км катили до места гибели Ермака. Но самой тяжелой для Владимира Васильевича, просто гибельной по своей сути была реконструкция беспрецедентного в военной истории Великого Сибирского ледяного похода Белой армии под командованием генерала В. О. Каппеля 1920 года. В экспедицию он отправился один, навьючив на себя рюкзаки. Особенно тяжело дался переход по льду Байкала, через который он перебирался на шипованной резине, иначе бы переход не состоялся вообще. Боковой ветер смещал его постоянно с дистанции. Плюс к этому промораживал до костей 20-градусный мороз, от которых не спасали никакие одежки. Этот поход еще тем памятен Владимиру Черникову, что в районе Иланска его сбил автомобиль. «Тифом я, в отличие от Владимира Оскаровича, не заболел, - рассказывает Черников, вспоминая о том походе. - Бог миловал. Но два ребра сломал. Однако домой не повернул, решил идти до конца. Белой армии было трудней».
Грядущую поездку в Тарутино Черников также считает чрезвычайно важной, связанной с крупнейшим событием Отечественной войны. После оставления Москвы армия Кутузова за трехнедельное пребывание в тарутинском лагере существенно укрепилась пополнением и вооружением. Это во-первых. Во-вторых, именно здесь состоялось первое успешное наступательное действие против войск Наполеона. Михаил Кутузов утверждал, что имя Тарутино должно «стоять в наших летописях наряду с Полтавою».
В конце нашей беседы я не удержался от вопроса, зачем ему, хоть и крепкому духом и телесно, но все же немолодому человеку это мучительство?
- Да все просто. Это образ жизни, в основе которого желание ощутить и изнутри, душой, и снаружи, собственной шкурой, что такое слава русского оружия, - ответил Владимир Черников с явным удовольствием.