среда, 25 июля 2012 г.

Вперед в прошлое? Почему нет?




Большее число праздников в Бородине отмечается в центре города, населенном в основном пожилыми людьми, и испытывающим большие неудобства от этих мероприятий. Автор предлагает отказаться на праздниках от спиртного и проводить их подальше от центра, в Старом парке (парке "Шахтер").


Что же сделал я за пакость,
Я убийца и злодей?
Б. Пастернак «Нобелевская премия»

После опубликования критических заметок о праздновании Дня молодежи в г. Бородино («День пьющей молодежи», «Панорама», №27, 04.07.12), я едва не стал персоной нон грата, как говорят дипломаты.

Напомню, что речь в заметках шла о неумеренном потреблении спиртного участниками праздника, отмечавшегося на главной площади города, у ГДК «Угольщик». Увы, поведение земляков в дни празднеств давно уже не вызывает у меня добрых чувств. Но главные упреки все же адресовались организаторам мероприятия.

Дабы отвести от себя обвинения в ханжестве, замечу, что я не святоша-трезвенник. Люблю, грешный, выпить и закусить. Более того, нахожу в этом и смысл и удовольствие неописуемое. В молодости, кроме того, любил большие и шумные компании. И массовые гулянья на площади принимал всем сердцем, тем более, что раньше они были куда более привлекательными. Ныне я убежден, что происходящему на площади необходимо положить конец.

Вот за это, собственно, меня и обвинили в отсутствии патриотизма и оскорблении лучших чувств земляков. Впрочем, есть у меня и защитники. Их, судя по всему, больше, и они мне посоветовали не ввязываться в полемику с «идейными противниками». И то верно. Любой спор в «наших палестинах» порождает непримиримую вражду. Поэтому, вместо того чтобы пойти на обидчиков в атаку, расскажу, как бородинцы отмечали праздники в годы моего детства и юности. Цель у меня одна — дать читателям возможность почувствовать разницу.

Безо всякого сомнения, это будет максимально достоверный рассказ. Мне, конечно, возразят, скажут, что в эту пору жизни прекрасную и «деревья были большими», и, как говорил Евгений Евтушенко, снег пушистей. Но другого классика, Бориса Пастернака восхищала присущая только детству особая зоркость зрения. Вот на нее-то я и уповаю.

«Не пей мало, не пей много, а пей средственно»

Как бы там не интерпретировал летописи нынешний министр пропаганды, пардон, культуры В. Мединский, защищая соотечественников от «фальсификаторов истории», пили на Руси много и напившись, много безобразничали. Лыко из строки не выкинешь: «Руси есть веселие пити, не можем без того быти».

Пили и в Бородине, конечно. Наверное, не в таких количествах и не так безобразно, как в древности, но преизрядно и с размахом. В 50-70 годах прошлого столетия в Бородине, тогда еще рабочем поселке, очень популярны были гулянки, это когда соседи по дому или улице устраивали застолья, причем не только в квартирах, но и во дворах. Дружно и, как правило, мирно отмечали государственные и семейные праздники. Кстати, выходные дни тогда, очевидно, тоже воспринимались как праздники, поэтому гуляли нередко и по выходным. Но в будни, надо сказать, никто, кроме тунеядцев, не пил, не гулял. В нашем дворе по улице Горького пиршества устраивали прямо на траве в палисаде. Был у нас и свой гармонист, душа компании, и когда он переходил на частушки, детей выгоняли из-за «стола». Намаявшиеся за трудовую неделю люди искренне веселились, и от общения друг с другом им было явно хорошо. Наверное, дворовые гулянки для наших предков были в жизни одним из немногих удовольствий. Такими же, как массовые гулянья в огромном Старом парке. Обязательные, подчеркнем это, на День молодежи и на День шахтера.

Я их отчетливо помню. Женщин в неброском крепдешине и ситце, мужиков в белых рубашках с закатанными до локтей рукавами. Взрослых непременно сопровождала целая армия малых детей - в сандалиях, панамках и чулках, пристегнутых пажами к трусам, в коротких штанишках. Детей в те годы рождалось много. И весь этот беспокойный народец родители брали с собой в парк, - до выпивки ли им было? Наверное, позволяли себе только губы смочить.

Былая благодать

О парке мне уже доводилось писать — повторяться не буду. Напомню только, что он был прекрасно оборудован для массового отдыха. Здесь имелись летний кинотеатр и танцверанда, лодочная станция и кафе, качели и карусели. Наконец, стадион. В Бородине были необыкновенно популярны футбол, волейбол и легкая атлетика. На стадионе в дни соревнований не хватало мест. И с соревнований, между прочим, праздники и начинались.

Изначально в парке играл полноформатный духовой оркестр, к середине 70-х годов уменьшившийся до семи человек. На смену старперам-духовикам пришли молодежные ВИА, исполнявшие шлягеры последних десятилетий советской власти. Кроме ВИА, на концертных площадках, то есть с кузовов грузовых автомобилей, а нередко и просто на траве выступали вокальные группы и даже танцоры. Массовики-затейники («Два прихлопа, три притопа») развлекали публику играми. Работали автолавки, торговавшие свежей выпечкой, мороженым и газводой. Из Канска, а позже из Красноярска-45 привозили дефицитное пиво. И все! Никаких тебе больше «хлеба и зрелищ». Вот это и была праздничная программа-максимум. Понятно, что любителей горячительного она удовлетворяла не вполне. Однако примем во внимание, что до ближайшего продмага от парка было не менее двух километров. Кроме того, все мероприятия заканчивались еще в светлое время суток.

В 80-е годы стало намного хуже с массовым спортом. С уходом из футбола игроков, можно сказать, профессионального уровня, в городе долгое время было неладно с футболом. А легкая атлетика в Бородино не возродилась до сих пор. В годы «позднего застоя» бородинцы, кажется, разучились бегать и прыгать, метать ядро и кидать по чуркам городошную биту.

К тому времени список доступных развлечений в парке ограничивался купанием в пруду, прогулками по аллеям и... «охотой» на грибы. Парк постепенно дичал, превращаясь в лес, точнее, возвращаясь к своему первоначальному лесному естеству. Уже в середине 70-х ни один аттракцион здесь не работал, летний кинотеатр разнесли по кирпичику, танцверанду по дощечке, а от лодочную станции остались одни лишь воспоминания.

Однако почти до самой перестройки оба летних праздника отмечали именно здесь. И ничего возмутительного в парке не происходило. Дети не курили и не пили на виду у взрослых. Взрослые не «перебирали» и не чудили, потеряв над собою контроль. В общем, тишь да гладь, причем в буквальном смысле, - тогда ведь не было такой, как сейчас электроакустики...

А как обстояли дела по другим праздникам? Да примерно так же. На 9 Мая, как принято сейчас, не «наливали», а вот на Масленицу «наливали». До краев. Но кроме «беленькой» и «портешка», то есть водки и дешевого портвейна, можно было отведать душистого чая из самоваров. На морозе чай из смороды согревал получше спиртного. Помню тройки с бубенцами, лихих возниц в расписных санях и их разудалых седоков - гармонистов, наяривавших «Барыню» и «Подгорну улицу»... И хоть убейте меня, ну не помню, не было на Масленицу массовых попоек сродни нынешним! А вот что помню в подробностях, так это жизнерадостных женщин и мужчин, слегка под хмельком, сияющих приветливыми улыбками, явно, как принято у нас говорить, "радых" друг другу, легкому морозцу и по-весеннему яркому солнцу. Были среди них, конечно, и крепко выпившие мужики, были, возможно, и чуть перебравшие женщины, но единицы.

Память лечит. Забвение калечит

Ныне же, что зимой, что летом - все «одним цветом». Что на Масленицу, что на День молодежи. Спиртное льется рекой, а радостных лиц — раз, два и обчелся. Мой знакомый, австралиец Грэг Райс, гостивший здесь несколько лет назад и сподобившийся побывать, кажется, на Дне шахтера, был потрясен происходящим у ГДК. Его, взрослого человека, видавшего, что называется, виды, озадачили и напугали безостановочные, лихорадочные перемещения людей по ночной площади, подобные, на его взгляд, беспорядочным - броуновским движением микрочастиц. Грэг был поражен нереальностью происходящего. Мрачным, тягучим и тревожным пиршеством впавших в сомнамбулизм людей. Полагаю, что если бы иноземец увидел площадь спустя час-другой, его психика не выдержала бы и он разрыдался. Площадь ГДК в предрассветный час — это поле Куликово после жестокой битвы, но, правда, без разверстых трупов. Судя по фантастическому обилию мусора, включая и битое бутылочное стекло, здесь рубились до последней капли... водки.

Одна из самых «заскорузлых» проблем России, причем национального масштаба, - это даже не пьянство и нравственная распущенность, а беспамятство. Об этом говорили и классики, особенно ярко и горько Андрей Платонов и Чингиз Айтматов. Похоже, что история нас ничему не учит, только проучивает. Конечно, ни тихостью нравов, ни кристальной трезвостью мы не отличались ни при Петре Великом, ни при Леониде-бровеносце. Но, как говорила моя бабка, «раньше народ не бесстыдничал, а нынче весь срам наружу». Мы словно забыли, кто такие и зачем живем на этом свете. Ходим по кругу, без конца совершая одни и те же ошибки. А ведь были у нас и светлые периоды, полные добра и смысла... О них не помним.

Бывший начальник еще поселковой милиции Юрий Бедностин незадолго до кончины поведал мне, что население Бородина 50-70 годов представляло собой «сложную смесь» из представителей разных социальных слоев, в том числе из уголовников, отбывших наказание и уголовников потенциальных. Самыми криминальными в те годы считались барачные кварталы, то есть примерно четверть Бородина. Но и там пьяные ЧП, иногда даже и с поножовщиной, были редкостью. В отличие от большинства шахтерских поселений, Бородино считался вполне благополучным. Наверняка не последнюю роль в этом сыграли культура и спорт, имеющие здесь крепкие основания и представленные довольно разнообразно. Так здесь повелось с времен «культа личности».

Возможно, для того, чтобы праздники в Бородине приняли вновь цивилизованный вид, место их проведения нужно перенести в удаленные от центра города районы. Может, и в Старый парк, почему нет? Впрочем, можно праздновать и на площади ГДК (или стадионе «Шахтер»), но только в светлое время суток. Без оглушительной музыки и без спиртного.

Возвращаться к «культу личности» не обязательно.


Фото из архива автора