среда, 17 декабря 2008 г.

Дают — бери, или Кто виноват в страданиях Валерия Горечова?

Ближе к старости у бородинца Валерия Горечова, имевшего до недавнего времени и заработок и жилье, не осталось ничего, «ни кола, ни двора». Пропали и доходы. Зато появились усталость и болезни, а кроме того, болезненное же недовольство всем, что его окружает. И, главное, самим собой. «Если мне не помогут с жильем, - говорит он, - наложу на себя руки». Этим летом ему пытались помочь, предложив вселиться в Дом для одиноких престарелых граждан, но он от помощи «увернулся», даже не пройдя до конца обязательного в таких случаях медосмотра.
Свободный художник
Валерия Горечова в Бородино знают многие. Худощавый «парень» 48 лет от роду, среднего роста, с перебитым, «боксерским» носом и неизбывно печальными глазами. Будучи в подпитии, любящий пофилософствовать, поговорить «за жизнь», покритиковать высокое начальство... Незлобивый и отзывчивый до сумасбродства, до самозабвения. Кто-то его считает провинциальным чудиком, поразительно открытым в общении, даже и с малознакомыми людьми. Готовый прийти на помощь по первому же зову, он не раз попадал в жестокие переплеты, был многократно бит. Однажды, вступившись за женщину, ввязался в драку, надолго угодив за решетку.
Бывший детдомовец, Валерий никогда не был ни бомжом, ни тунеядцем, хотя его трудовой стаж и невелик. В начале 80-х годов он работал на Красноярском экскаваторном заводе, будучи направленным туда по комсомольской путевке. Затем мукосеем и кочегаром на хлебозаводе в г. Бородино. Имея профессиональное образование, трудился столяром-станочником в передвижной механизированной колонне. Но большую часть жизни он «колымил», устраиваясь то на сезонную, то на поденную работу. То есть трудился, что называется, в охотку. Причем, зачастую не за деньги, а «за харчи» и кров над головой. В общем, эдакий свободный художник: кому огород вскопать, кому стену разобрать или забор сколотить... Кстати, в молодости он запросто мог нарисовать портрет любого, кто того пожелает. Сходство гарантировалось полное. В общем, Валерий - неглупый и не лишенный талантов человек, но... непутевый, пустивший свою жизнь «под откос», заранее не позаботившийся о личном будущем, о той же пенсии.
Валерий довольно опрятно одет, и увидеть его небритым или неумытым почти невозможно. Не зная о том, какой образ жизни ведет этот человек, маргиналом его никак не назовешь. У него есть паспорт и прописка, есть даже медицинский полис. Имеется и «определенное место жительства»... Подвал дома № 97 по улице 9 Мая.
Новоселье откладывается?
Начальник управления социальной защиты населения (УСЗН) Елена Ильенко, выслушав оттранслированные мной жалобы и претензии Валерия Горечова, назвала его поведение парадоксальным. - Валерий может быть очень даже убедительным, - сказала она. - Весной он обратился со своими проблемами к главе города, после чего был направлен к нам... Пообещал, что покончит с прежним образом жизни, перестанет выпивать, устроится на постоянную работу. «Только помогите мне с жильем, - просил он. - Жить в подвале — недостойно человека». Социальные работники пошли Валерию навстречу. В результате было принято решение о вселении Горечова в специальный дом для одиноких и престарелых граждан, хотя пенсионного возраста он и не достиг. Разумеется, Валерий должен был предоставить комиссии необходимые для этого документы, в том числе и справку о прохождении медосмотра. Посетив большую часть врачей, и получив от них «добро» (включая нарколога и психиатра), Валерий столкнулся с неожиданным затруднением. Один из врачей потребовал от него пройти дополнительное исследование в Красноярске. Увы, медицинская справка так и осталась не заполненной до конца. Как впоследствии объяснял мне Горечов, у него просто не было денег на поездку в Красноярск. С мечтой о скором новоселье пришлось расстаться... Елене Ильенко он, правда, рассказывал другую историю. Что в Красноярск ездил, но полученную там бумагу, разнервничавшись, изорвал в клочья. Как выразилась Елена Александровна, такого рода противоречия - сама суть натуры Валерия. -Если не было денег на поездку, - спрашивает она, - почему он не обратился в УСЗН за материальной помощью? Понимаете, когда что-то идет ему прямо в руки, Валерий это принимает, как должное. Так, например, в марте он получил от нас 20 талонов на горячее питание, позже — продуктовый набор. Мы решили, причем практически без его участия все паспортные проблемы. Восстановили в том числе и прежнюю прописку в одном из общежитий города, выхлопотали ему медицинский полис. Помогли бы и с постановкой на учет в службе занятости. В общем, мы поверили в него, а он обманул наши надежды. Нам теперь кажется, что Валерий все-таки лукавил, говоря о том, что жить как прежде ему невмоготу. Не исключено, что стремясь получить социальные гарантии, он со своей вольной жизнью порывать не собирался.
Подпольный аристократ
В подвале дома по ул. 9 Мая Валерий оказался после того, как престарелую женщину, несколько лет назад пустившую его на постой, забрали к себе родственники. Валерия, естественно, из квартиры «вежливо попросили». Уже около года он обретается в подвале того самого дома, где и квартировал. Из мебели — один только диван. Умываться и бриться приходится у знакомых стариков. Одежду хранит в гаражах у добрых, по его выражению, людей. «Зато ужинаю, - горько шутит он, - как аристократ, при свечах». Завел и живность — двух щенков, знатную, надо сказать, добавку к своим проблемам. Валерия жильцы дома и раньше не шибко жаловали. Будучи нетрезвым и «взыскуя справедливости», он зачастую дебоширил, а теперь еще и собак приютил, окончательно настроив соседей против себя. Время от времени Валерия забирают в милицию. Удостоверившись, что он протрезвел, отпускают. Спустя время, снова забирают. Такая вот «романтика». С работой у него давно уже нелады. Охотников подряжать на работу подвальных обитателей в городе поубавилось. И живет теперь он в основном на пожертвования сердобольных людей.
-Лучше бы меня матка в колыбели удушила, чем такая жизнь, - тяжело вздыхает Валерий, - но просить подаяние ни за что не пойду. Скорее с собой покончу. Но на тот свет прихвачу кое кого из сильных мира сего.»
На вопрос, как же ему помочь, когда он себе сам не помогает, Валерий ответил с завидной прямотой: «Дайте мне жилье».

Кто виноват в несчастьях Валерия Горечова? Семья и школа? Общество? Чиновники? Может, он родился под несчастливой звездой? Кто его знает... Ясно только одно: в своей непутевой жизни больше других виноват он сам. У него еще есть шансы изменить свое положение и зажить, как он сам выражается, по-человечьи. Тем более, что ни общество, ни чиновники в помощи ему не отказывают. «Бери, Валера, пока дают!»

«Панорама», сентябрь 2008 г.